1Так я слышал. Однажды Благословенный странствовал по земле косалийцев с большой общиной монахов и прибыл в город каламов, называемый Кесамутта. Каламы Кесамутты услышали: «Отшельник Готама, сын шакьев, ушедший из рода шакьев в бездомную жизнь, прибыл в Кесамутту. О нём идёт добрая слава: этот Благословенный — достойный, полностью пробуждённый, совершенный в знании и поведении, Счастливо Идущий, знаток мира, непревзойдённый наставник тех, кто поддаётся обучению, учитель богов и людей, Пробуждённый, Благословенный. Хорошо увидеть таких достойных».
2Тогда каламы Кесамутты подошли к Благословенному. Одни поклонились ему и сели поодаль; другие обменялись с ним приветствиями и любезными словами и сели поодаль; третьи сложили перед ним ладони и сели поодаль; четвёртые назвали своё имя и род и сели поодаль; иные сели молча. Сидя поодаль, каламы сказали Благословенному:
3«Господин, некоторые отшельники и брахманы приходят в Кесамутту. Они излагают и превозносят только своё учение, а учения других поносят, унижают, презирают и очерняют. Потом приходят другие отшельники и брахманы; они тоже излагают и превозносят только своё учение, а учения других поносят, унижают, презирают и очерняют. Мы сомневаемся и не уверены: кто из этих почтенных отшельников и брахманов говорит правду, а кто — ложь?» — «У вас есть основание сомневаться, каламы, есть основание быть неуверенными: сомнение возникло у вас по поводу того, что вызывает сомнение».
4Каламы, не руководствуйтесь устной передачей, преемственностью, слухами, собранием писаний, логическим рассуждением, выводом, обдумыванием доводов, согласием с воззрением после размышления, видимостью способности или мыслью: «Этот отшельник — наш учитель». Но когда вы сами узнаете: «Эти состояния неблагие, предосудительные, порицаемые разумными; принятые и осуществлённые, они ведут к вреду и страданию», тогда, каламы, оставьте их.
5«Как вы думаете, каламы: когда в человеке возникает жадность, это ведёт к благу или к вреду?»
6«К вреду, господин».
7«Человек, охваченный жадностью, чей ум ею захвачен, убивает живых существ, берёт то, что не дано, вступает в связь с чужой женой, говорит ложь и побуждает других поступать так же. Разве это не ведёт к его длительному вреду и страданию?»
8«Да, господин».
9«Как вы думаете, каламы: когда в человеке возникает ненависть, это ведёт к благу или к вреду?»
10«К вреду, господин».
11«Человек, охваченный ненавистью, чей ум ею захвачен, убивает живых существ, берёт то, что не дано, вступает в связь с чужой женой, говорит ложь и побуждает других поступать так же. Разве это не ведёт к его длительному вреду и страданию?»
12«Да, господин».
13«Как вы думаете, каламы: когда в человеке возникает заблуждение, это ведёт к благу или к вреду?»
14«К вреду, господин».
15«Человек, охваченный заблуждением, чей ум им захвачен, убивает живых существ, берёт то, что не дано, вступает в связь с чужой женой, говорит ложь и побуждает других поступать так же. Разве это не ведёт к его длительному вреду и страданию?»
16«Да, господин».
17«Как вы думаете, каламы, эти состояния благие или неблагие?»
18«Неблагие, господин».
19«Предосудительные или безупречные?»
20«Предосудительные, господин».
21«Порицаемые разумными или одобряемые ими?»
22«Порицаемые разумными, господин».
23«Принятые и осуществлённые, ведут ли они к вреду и страданию или нет? Как вы это видите?»
24«Принятые и осуществлённые, они ведут к вреду и страданию, господин. Так мы это видим».
25«Итак, каламы, я сказал: Каламы, не руководствуйтесь устной передачей, преемственностью, слухами, собранием писаний, логическим рассуждением, выводом, обдумыванием доводов, согласием с воззрением после размышления, видимостью способности или мыслью: «Этот отшельник — наш учитель». Но когда вы сами узнаете: «Эти состояния неблагие, предосудительные, порицаемые разумными; принятые и осуществлённые, они ведут к вреду и страданию», тогда, каламы, оставьте их. Именно поэтому было сказано то, что я сказал».
26Каламы, не руководствуйтесь устной передачей, преемственностью, слухами, собранием писаний, логическим рассуждением, выводом, обдумыванием доводов, согласием с воззрением после размышления, видимостью способности или мыслью: «Этот отшельник — наш учитель». Но когда вы сами узнаете: «Эти состояния благие, безупречные, одобряемые разумными; принятые и осуществлённые, они ведут к благу и счастью», тогда, каламы, примите их и пребывайте в них.
27«Как вы думаете, каламы: когда в человеке возникает отсутствие жадности, это ведёт к благу или к вреду?»
28«К благу, господин».
29«Человек, свободный от жадности, чей ум не захвачен ею, не убивает живых существ, не берёт того, что не дано, не вступает в связь с чужой женой, не говорит лжи и не побуждает других поступать так же. Разве это не ведёт к его длительному благу и счастью?»
30«Да, господин».
31«Как вы думаете, каламы: когда в человеке возникает отсутствие ненависти, это ведёт к благу или к вреду?» — «К благу, господин». — «Человек, свободный от ненависти, чей ум не захвачен ею, не убивает живых существ, не берёт того, что не дано, не вступает в связь с чужой женой, не говорит лжи и не побуждает других поступать так же. Разве это не ведёт к его длительному благу и счастью?» — «Да, господин». — «Как вы думаете, каламы: когда в человеке возникает отсутствие заблуждения, это ведёт к благу или к вреду?» — «К благу, господин». — «Человек, свободный от заблуждения, чей ум не захвачен им, не убивает живых существ, не берёт того, что не дано, не вступает в связь с чужой женой, не говорит лжи и не побуждает других поступать так же. Разве это не ведёт к его длительному благу и счастью?»
32«Да, господин».
33«Как вы думаете, каламы, эти состояния благие или неблагие?»
34«Благие, господин».
35«Предосудительные или безупречные?»
36«Безупречные, господин».
37«Порицаемые разумными или одобряемые ими?»
38«Одобряемые разумными, господин».
39«Принятые и осуществлённые, ведут ли они к благу и счастью или нет? Как вы это видите?»
40«Принятые и осуществлённые, они ведут к благу и счастью, господин. Так мы это видим».
41«Итак, каламы, я сказал: Каламы, не руководствуйтесь устной передачей, преемственностью, слухами, собранием писаний, логическим рассуждением, выводом, обдумыванием доводов, согласием с воззрением после размышления, видимостью способности или мыслью: «Этот отшельник — наш учитель». Но когда вы сами узнаете: «Эти состояния благие, безупречные, одобряемые разумными; принятые и осуществлённые, они ведут к благу и счастью», тогда, каламы, примите их и пребывайте в них. Именно поэтому было сказано то, что я сказал».
42Тогда, каламы, благородный ученик, свободный от алчности и недоброжелательства, незаблуждающийся, ясно осознающий и памятующий, пребывает, наполняя умом, проникнутым доброжелательностью, одну сторону света, затем вторую, третью и четвёртую. Так же вверх, вниз и поперёк, повсюду и во всех отношениях, он наполняет весь мир умом, проникнутым доброжелательностью, обильным, возвышенным, безмерным, свободным от вражды и недоброжелательства. Пребывает, наполняя умом, проникнутым состраданием, одну сторону света, затем вторую, третью и четвёртую. Так же вверх, вниз и поперёк, повсюду и во всех отношениях, он наполняет весь мир умом, проникнутым состраданием, обильным, возвышенным, безмерным, свободным от вражды и недоброжелательства. Пребывает, наполняя умом, проникнутым сорадованием, одну сторону света, затем вторую, третью и четвёртую. Так же вверх, вниз и поперёк, повсюду и во всех отношениях, он наполняет весь мир умом, проникнутым сорадованием, обильным, возвышенным, безмерным, свободным от вражды и недоброжелательства. Пребывает, наполняя умом, проникнутым равностностью, одну сторону света, затем вторую, третью и четвёртую. Так же вверх, вниз и поперёк, повсюду и во всех отношениях, он наполняет весь мир умом, проникнутым равностностью, обильным, возвышенным, безмерным, свободным от вражды и недоброжелательства.
43У этого благородного ученика ум свободен от вражды, свободен от недоброжелательства, не осквернён и очищен. Уже в этой жизни он обрёл четыре утешения. «Если существует иной мир и есть плод и результат благих и дурных поступков, то после распада тела, после смерти, я перерожусь в счастливом уделе, в небесном мире». Это первое обретённое им утешение.
44«Если иного мира нет и у благих и дурных поступков нет плода и результата, то уже в этой жизни я буду жить без вражды и недоброжелательства, без тревоги, счастливо». Это второе обретённое им утешение.
45«Если зло постигает того, кто делает зло, то я не замышляю зла ни против кого. Не совершая злого поступка, откуда мне испытать страдание?» Это третье обретённое им утешение.
46«Если зло не постигает того, кто делает зло, я всё равно вижу себя чистым с обеих сторон». Это четвёртое обретённое им утешение.
47У этого благородного ученика ум свободен от вражды, свободен от недоброжелательства, не осквернён и очищен. Уже в этой жизни он обрёл четыре утешения. Таковы эти четыре утешения».
48«Это так, Благословенный! Это так, Счастливо Идущий! У этого благородного ученика ум свободен от вражды, свободен от недоброжелательства, не осквернён и очищен. Уже в этой жизни он обрёл четыре утешения. «Если существует иной мир и есть плод и результат благих и дурных поступков, то после распада тела, после смерти, я перерожусь в счастливом уделе, в небесном мире». Это первое обретённое им утешение.
49«Если иного мира нет и у благих и дурных поступков нет плода и результата, то уже в этой жизни я буду жить без вражды и недоброжелательства, без тревоги, счастливо». Это второе обретённое им утешение.
50«Если зло постигает того, кто делает зло, то я не замышляю зла ни против кого. Не совершая злого поступка, откуда мне испытать страдание?» Это третье обретённое им утешение.
51«Если зло не постигает того, кто делает зло, я всё равно вижу себя чистым с обеих сторон». Это четвёртое обретённое им утешение.
52У этого благородного ученика ум свободен от вражды, свободен от недоброжелательства, не осквернён и очищен. Уже в этой жизни он обрёл четыре утешения.
53«Прекрасно, господин! Прекрасно, господин! Словно поставили на место опрокинутое, открыли скрытое, указали путь заблудившемуся или внесли светильник во тьму, чтобы имеющие глаза увидели образы, — так Благословенный многими способами разъяснил учение. Мы прибегаем к Благословенному, к учению и к общине монахов как к прибежищу. Пусть Благословенный помнит нас как мирских последователей, с этого дня и до конца жизни принявших прибежище».